О проекте | Редакция | Контакты | Авторам | Правила | RSS |  

 

 

 

Последние посты, написанные с Мариной. Первый пост.

 



Я скучаю по Маринке. Живу в беспросветной тоске. Но блог должен продолжаться, это наше общее с Маринкой дело. Есть два поста, написанные с Маринкой и не поставленные в блог. Мы их толком не закончили, это черновой вариант. Но теперь я хочу эти посты поставить, прямо так, как они написались.

Читатели написали, что царскую семью уничтожили по распоряжению Ленина. Это неправда. Царскую семью поместили в безопасное место и готовили судебный процесс над Романовыми. Этот процесс начало готовить ещё Временное правительство. Создали комиссию по изучению преступлений Романовых, членом этой комиссии был поэт Александр Блок. Он изучал архивы и был в ужасе от того, что он там нашёл. Правда, мне кажется, что Временное правительство готовило судебный процесс, но что делать с Романовыми после процесса, не очень понимали. Хотели разрешить им эмигрировать в Великобританию, если король Георг V согласится их принять. Но король Георг V отказался. Это решение попытался объяснить Николай Романович Романов в тех телепередачах, о которых я упоминала в прошлом посте. Он сказал, что король не имеет права руководствоваться личными чувствами, он обязан руководствоваться только интересами страны. И король Георг V мог думать, что если он примет семью Николая II, то это может помешать ему установить хорошие отношения с послереволюционной Россией. Нужно сказать, что все царствующие особы Европы были родственниками, внуками или внучатыми племянниками королевы Виктории. До Первой мировой войны между ними были прекрасные отношения. Николай II и кайзер Вильгельм любили друг друга, они переписывались и в письмах называли друг друга «милый Вилли» и «милый Ники». Когда началась война, кайзер Вильгельм написал Николаю II, что если он не объявит мобилизацию в армию, то Вильгельм не предпримет никаких враждебных действий против России. Но Николай II объявил мобилизацию.
Распоряжение об уничтожении царской семьи принял Уралоблсовет. Члены Уралоблсовета были крайне левыми. Владимира Ильича Ленина они не считали истинным революционером. Они расстреляли племянника Ленина, который случайно оказался на их территории, они бы и самого Ленина расстреляли.


Читатели удивляются, как это коммунисты позволили Сталину осуществить массовые репрессии против них, почему они не сопротивлялись. Дело в том, что революцию все считали чудом, не могли поверить, что она действительно совершилась, и очень за неё боялись. По повести Аркадия Гайдара «Военная тайна» была написана опера. Персонаж этой оперы, старый партизан, пел арию, в ней были такие слова:

«Опять за тучами померкнула луна,
Я третью ночь не сплю в ночном дозоре.
В тиши ползут враги, не спи, моя страна.
Я стар, я слаб, о, горе мне, о, горе!»

Советская страна была окружена врагами, и шпиономания была общей болезнью. Я и моя самая близкая подруга и одноклассница Люся Хуторянская тоже обнаружили шпиона. Мы с ней сидели в зоопарке на скамейке. Я уже рассказывала, что наш двор от зоопарка был отделён дощатым забором, каждую доску можно было отодвинуть, и мы воспринимали зоопарк, как продолжение нашего двора. Вот мы по дороге из школы зашли в зоопарк и, сидя на скамейке, считали тетради в линейку и в клеточку, которые нам выдали на год. Тетради были большим дефицитом, в магазине их купить было невозможно. К нам на лавочку подсел какой-то мужчина и сказал, что он может дать нам сколько угодно тетрадей, если мы приедем к нему домой. Он дал нам свой адрес. Мы с Люсей решили, что он шпион. Видит, что мы живём в «Доме специалистов», где живут представители партийной и советской номенклатуры, и он надеется у нас выведать какие-нибудь секреты. Мы рассказали об этом люсиному папе. Люсин папа не подумал, что незнакомец из зоопарка шпион, он подумал, что тот приглашает к себе девочек совсем с другой целью. Люсин папа сказал, что когда наш незнакомец придёт на эту лавочку, он сам поговорит с ним. Мы с Люсей в назначенное время шли мимо парка Политехнического института, который находился напротив зоопарка, через Брест-Литовское шоссе, и увидели, что наш незнакомец сидит там и смотрит на вход в зоопарк. Но я насчёт шпиономании. Я помню, как пришли за папой ночью, сделали обыск очень небрежно, в детскую даже не зашли, очевидно, что найти ничего компрометирующего не рассчитывали. Когда папу уводили, в дверях он сказал, и это были его последние слова, которые я слышала… Он сказал: «Вот теперь я спокоен, я знаю, что Виктор ни в чём не виноват». Виктора взяли за неделю до папы, Виктор был его самый близкий и лучший друг уже много лет, и всё-таки когда его арестовали, папа вовсе не был уверен в том, что Виктор ни в чём не виноват. Вот по причине этой общей шпиономании Сталину и удался его коварный замысел. Мы с мамой видели, что арестовывают людей, ни в чём не виноватых, и пытались это объяснить. Мама сказала, что, возможно, где-нибудь, скажем, в канцелярии Гитлера, изготавливают какие-то документы, компрометирующие советских коммунистов, и подбрасывают их Сталину, а Сталин верит. Мы с мамой приняли эту версию. Но когда стали арестовывать 12-летних детей и допрашивать их, как допрашивали взрослых, то версия о подбрасывании фальшивок Гитлером отпала. Я уже рассказывала, что я тогда сказала маме, что я перехожу в оппозицию к товарищу Сталину. Я сначала объясню, как мы с мамой уцелели. Обычно жён арестованных также репрессировали, а детей помещали в детские дома для детей врагов народа, при этом им меняли фамилии, чтобы родители в случае, если они вдруг окажутся на свободе, не могли бы их найти. Так было, в частности, с польским коммунистом Владиславом Гомулкой. Мы спаслись очень просто. Мама с нами переехала к своему брату в деревню Карловка Полтавской области. Как ни странно, но тех, кто уехал, не разыскивали. Но вернёмся к разговору об оппозиции Сталину. Мама не сказала мне, что я слишком мала, чтобы решать такие важные вопросы, и ещё что-нибудь в этом роде. Родители с нами с детства разговаривали, как со взрослыми. Мы были соратники. Мама сказала: «В оппозицию, так в оппозицию». Но ты хорошенько подумай. Представь себе, что ты захотела пойти в горы, а так как в горы ты никогда не ходила и делать этого не умеешь, то ты взяла проводника. Вы с проводником пошли в горы, тут началась метель, обвалы снежных лавин, и проводник заблудился. У тебя есть выбор. Проводник не выполнил возложенную на него задачу, не смог. Ты можешь оставить его и искать дорогу сама, а можешь всё-таки остаться с ним, потому что он профессионал и всё-таки скорее тебя найдёт дорогу. Мне кажется, эту притчу мама придумала не столько для меня, сколько для себя самой. Ну, а вскоре началась война, так что об оппозиции к Сталину нечего было и думать, нужно было сплотиться и победить. Кстати, Феликсу мы не сказали, что папа арестован. Мы сказали, что папа уехал в командировку в Москву, он часто ездил в такие командировки, в Москве он заболел и умер. И Феликс, которому тогда не исполнилось ещё и восьми лет, поверил, и думал так всю жизнь, до «дела врачей». Я рассказывала, что в связи с «делом врачей» Феликса исключили из института, он конечно, стал бороться за восстановление в институте и дошёл до станиславского обкома КПСС, там ему сказали, что его отец был репрессирован как враг народа, и услышав это, Феликс потерял сознание.

Продолжение следует.

 
Сегодня в СМИ