О проекте | Редакция | Контакты | Авторам | Правила | RSS |  

 

 

 

Проповеди об эволюции: об эгоистичных мемах, неосознанных табу и ямсе с комарами

 


Вместо эпиграфа: ну что ж Вы меня так рекламируете, Александр Владимирович – краснею же под маской и дар речи теряю напрочь!

В общем, тем, кто не дошёл аль не дойдёт до живой лекции или хотя бы трансляции, придётся довольствоваться моими обзорами, потому что видеозаписи теперь только за мзду :-))) Посему – поехали... продолжаем разговор обо всяческой культуре в биологическом соусе! Причём сегодня он ещё заправлен большим количеством сочных вопросительных знаков.

Но для начала — неожиданное лирическое отступление...

Вот чего не знала, того не знала! Ура! Свободное место на книжной полке, надеюсь, прилагается к книжке? Да?

Ой, ещё одно отступление, а то забуду. Я добавила особый тег — «беседы об эволюции», чтобы обзоры этого курса было потом легче искать — ведь, я надеюсь, это всерьёз и надолго.

Теперь к главной теме.

Правомерна ли вообще аналогия эволюции культурной и биологической? Как уже упоминалось в прошлый раз, ДНК не резиновая, всё не уместит – отчего бы природе не заморочиться и не изобрести новую форму наследственности?

Научно-фантастическая мысль на подумать: а может ли возникнуть ещё какая-то форма наследственности поверх всего этого? Мне почему-то кажется, что это как придумать новый цвет. Или у меня просто фантазия не очень изощрённая?

Уникальна ли вот эта самая «вторая система наследственности» для одного-единственного вида обезьян или для других социальных животных тоже? Одни говорят — да, другие — нет. С одной стороны, если есть социальное обучение — а оно есть, как мы видели, едва ль не у всех животных, у которых в черепной коробке болтается что-то вразумительное — вполне может культурная эволюция влиять на биологическую. С другой — у человека, по-видимому, всё это выражено гораздо ярче и убедительнее: не культура ли сделала из одной обезьяны другую обезьяну? 

По мне так, пожалуй, к людям надо помягше, а на вопросы смотреть ширше: увидите ещё в этой лекции любопытные — и весьма недвусмысленные — свидетельства того, что необязательно быть человеком, чтобы культура меняла вам не только мозг, но и всё остальное, что к нему прицеплено.

Надо заметить, слово «мем» и не всеми любимо, и не всеми понято, и, технически, таки не имеет общепризнанного и чёткого определения. Точнее... определение есть: скажем, Ричард Докинз, кой словечко-то и ввёл в обиход, обтекаемо назвал его «единицей передачи культурного наследия, или единицей имитации» (перевод отличается от того, который я читала; в этом «мем» — это «мим», как он и произносится на английском). Оксфордский словарь — где-то Докинз не без гордости упоминал, что это слово официально вошло именно туда — называет мемом «идею, которая передаётся от одного члена общества к другому». Вроде бы мелочь, а какая-то еле уловимая разница чувствуется. И всё же...

Даже если взять первое определение и применить его, скажем, к... оригами — раз уж мы заговорили о Докинзе, а он любит этот пример! — что именно из этого увлекательного процесса считать мемом (минутка отсебятины)? Всю схему? Отдельные этапы? Оригами в целом, а складывание какой-нибудь определённой фигурки — это какой-то кусочек мема? Думаю, аргументы можно привести в пользу любой из этих мыслей. Но лично я всё-таки за то, чтобы в данном случае мемом считать всю схему. Именно она выглядит чем-то похожим на ген. Посмотрите на схему, скажем, общеизвестного журавлика. Истинно говорю, всего одна «мутация» сделает из обычной бумажной птички такую, которая будет махать крыльями. Подозреваю, всякий уважаемый читатель легко догадается, где должна быть эта «мутация» :-)))

И после лекции народ весьма интересовался тем, что считать мемом. Что ж, ответ был таков: чётко границы мема можно определить разве что в идеальных моделях. Равно как, между прочим, и границы гена! Словом, реальность устроена сложнее, чем нам хотелось бы...

Схема всё оттуда же, откуда много было занимательных примеров в прошлый раз. Чем бы ни был мем, эволюционирует ли он наподобие гена? Вроде бы всё сходится: он копируется (причём не очень точно, что создаёт основу для изменчивости), наследуется (путём обучения), избирательно выживает. Но, как в старом пошлом анекдоте, есть один нюанс... и даже не один, на самом деле. 

Начнём с неточного копирования. Да, ДНК тоже самовоспроизводится с ошибками — если бы ошибок не было вообще, была бы невозможна всякая эволюция. Но у мемов, похоже, норма реакции — то есть, пределы изменчивости — значительно шире, чем у биологических признаков. И копирование может ещё менее точным: не поведение со всеми тонкостями скопируется, а лишь «общая идея» (и это не очень хорошо в эволюционном смысле, потому что могут быть упущены очень важные мелочи)! Именно так, говорят, обезьянничают шимпанзе (и, между прочим, не только они), в то время как люди склонны копировать вообще всё. Исследований на эту тему много: из нарытого через Гугл-академию в пределах десяти минут — раз, два, три как минимум. Ещё интересная работа — о том, как копируют действия дети, шимпанзе, выросшие в природе и в человеческой среде.  И оказалось, что тлетворное человеческое окружение так повлияло на шимпанзе, что и они стали обезьянничать точнее! Любопытно до невозможности :-)))

Всегда меня в таких исследованиях занимает вопрос: другой ли будет результат, если показывать что-нибудь шимпанзе будет экспериментатор в обезьяньем костюме? Мои мысленные мольбы услышали авторы вот этой недавней работы — посвящённой, впрочем, другой интересной штуке, так называемой модели психического состояния человека (theory of mind). Вот это подход! :-)))

То, что гены бывают эгоистичными, знает каждый прохожий (и узнает позже ещё). А насколько эгоистичны мемы? По-видимому, в разы больше! Сколько есть на свете мемов откровенно неадаптивных и даже очень вредных (не составит труда любому уважаемому читателю привести несколько примеров, только мельком взглянув на новости)! И мемы эти, тем не менее, распространяются прекрасно — словно мухи тут и там, ходят слухи по домам, эволюционируя в сторону упрощения и лёгкости воспроизведения. Краткость — с. т., как говорится. 

Наконец, мем ли — единица культурной эволюции? И кто адаптируется к условиям среды? Здесь, похоже, речь об организме... словом, вопросов больше пока, чем ответов. И ещё один мысленный вопрос автору статьи уже от меня лично: отчего ж не указаны другие виды отбора на схеме? Разве не может быть тут и движущего, и балансирующего, и даже какого-нибудь дизруптивного отбора?

А итог — накопительная (кумулятивная) культура — только ли человеку свойственна, или мы просто ещё не открыли её у других животных? Въедливый читатель вспомнит работу, в которой у сообществ шимпанзе находили целые охапки культурных традиций. Но там традиции эти не усложнялись по мере накопления мемов — утрируя, из палок-копалок не получались со временем шариковые ручки.

Уф, дальше проще :-)))

Хотите шесть пальцев вместо пяти? Если у вас неподходящий генотип, ничего не получите. Хотите выучить ругательства ещё на десяти языках, помимо тех двенадцати, что вы уже знаете? Вот это можно! И это — одно из важных отличий культурной эволюции от генетической.

Важная деталь — могут эволюционировать сами способы приобретения культурных признаков и обращения с оными (этакая эволюция эволюционируемости, не находите?). 

Крепко задуматься о таком механизме, как импринтинг, меня этим летом заставил любопытный случай на одном из учётных маршрутов в Тимирязевском парке (я о нём в ФБ писала). Меня окружила стая крякв-хлопунцов (молодых птиц, у которых ещё не до конца отросли маховые перья). Они кормились самостоятельно, но при всём при этом явственно вели себя так, словно я была уткой, и даже ждали от меня каких-то сигналов (увы, по-утиному я говорить не умею). Так же хлопунцы вели себя и с другими посетителями парка — правда, я задержалась рядом с птицами, естественно, подольше :-))) И вот я думаю: как выработалась именно такая реакция на человека? Судя по тому, что утята знают, как и где собирать корм, мать они потеряли не слишком рано. Но, возможно, и не слишком поздно, раз нет на человека обычной реакции — всё-таки даже самая городская на свете утка уйдёт или улетит от вас, если вы подойдёте слишком близко. А эти, наоборот, людям доверяли. Один селезень даже забылся и щипнул меня за шнурок кроссовки, за что получил лёгкий словесный выговор :-))) Может, конечно, всё было гораздо прозаичнее — какие-нибудь добрые люди дорастили утят-сироток до полувзрослого состояния и выпустили, а они ещё по привычке льнули к людям? Не факт — лично знаю одного крягаря (гибрида кряквы и огаря), которого достоверно вырастили (и окольцевали) люди. И что думаете? Этот пернатый поросёнок уходит от берега именно в тот момент, когда фотографировать его удобнее всего! 

Словом, что это было? Не знаю. Больше я таких уток не встречала...

Насчёт коррекции культурных признаков... восхищаюсь людьми, которые сразу умеют оптимизировать какие-то свои деяния. У автора этих строк корректирующие механизмы работают ужасно медленно, в чём он убеждается особенно остро в последнее время, в усиленном режиме работая над диссертацией. Сколько часов было загублено на всякие заковыристые и долгие эксель-манипуляции с данными, прежде чем я находила какое-нибудь решение на один-два клика! Ну, все разные. Изменчивость, да :-)))

Минутка отсебятины: а если продолжать сугубо биологическую аналогию, я бы конформизм и язык (или, точнее, нормы языка) — это своеобразные механизмы репарации этой «культурной ДНК», если можно так выразиться.

«Интересы» мемов, конечно, могут противоречить «интересам» особи в разы сильнее, чем даже у самых эгоистичных на свете генов. Пожалуй, не будет большим свинством сказать, что размножаться мемами может быть гораздо эффективнее, чем генами! Одно другому не мешает, разумеется, но некоторым первое удаётся, откровенно говоря, лучше (надеюсь) ;-))) 

Насчёт «культурных родителей» (вообще, хорошее выражение! надо использовать): творите себе кумиров! А лучше целый пантеон. Потому что нельзя, мне кажется, жить, вообще не стремясь ни к какому идеалу. Ну, а если и можно, то это скучновато.

Про эгоистичные гены, я так поняла, ещё будет разговор отдельный, так что оставлю без лишнего комментария. 

С мемами-эгоистами, тем не менее, можно как-то сосуществовать. И, быть может, те, скрипя зубами, начинают работать будто бы на наше благо. Но для этого их надо несколько приручить: в мозг поставить фильтр, а учиться новому только у тех, кому можно доверять (конечно, это работает далеко не всегда, но... раз человечество ещё существует, значит, в среднем по палате-таки всё нормально :-)))

В последнее время, конечно, эгоистичных мемов развелось безумно много. И подцепить их можно примерно там же, где и, кхм, биологические вирусы. Но, по законам эволюционной  гонки вооружений, появляются и системы обороны от коварных мемов! Так, для меня достаточно эффективные средства индивидуальной защиты от всякой ерунды в транспорте — это ноутбук с диссертацией или хорошая книга перед глазами, а в ушах — наушники...

И всё-таки о сходстве культурной эволюции с генетической (из этой книги, как и многие другие интересности; да, пожалуй, стоит добыть и ознакомиться! Кстати, есть ещё краткий пересказ самых знаковых моментов в такой презентации). Ткачики строят свои изумительные гнёзда, можно сказать, инстинктивно (впрочем, в процессе совершенствуются), а эскимосы иглу, в чём-то похожие на эти гнёзда... тоже во многом неосознанно! Да, умение строить иглу не «вшито в гены», а передаётся путём обучения. Но если спросить эскимоса, почему он строит иглу именно такой формы, он вам скажет, как всегда, коронную фразу всех мудрых туземцев: «Так у нас принято». Браво, занавес!

В прошлый раз мы горько смеялись над британскими учёными, которые не догадались спросить совета у местных эскимосов. Но у них тоже бывали ничуть не менее драматичные истории — правда, с чуть более хорошим концом, им всё-таки повезло наткнуться на южан (и надо заметить, с тех пор у тех северных эскимосов и дома, и луки, и каяки стали южными). Поэтому, дорогие эскимосы, пишите и рисуйте схемы, как что делать! Мало ли что.

Немедленно вспоминается анекдот про возникновение кашрута. 

На горе Синай Бог диктует Моисею: «Не вари козлёнка в молоке матери». Моисей: «А, понял. Значит, что нельзя есть молоко и мясо вместе». Бог: «Нет, я тебе ещё раз говорю: не вари козлёнка в молоке матери». Моисей: «А, то есть, молоко и мясо нужно класть в разную посуду». Бог: «Нет, говорю тебе: не вари козлёнка в молоке матери». Моисей: «Значит, нужно есть мясо и молоко в разные дни!». Бог: «Да ну тебя, делай, что хочешь...»

Шутки шутками, но так оно, похоже, и работает. Причём сие действо может быть адаптивным (вот как с этими фиджийцами — табу на некоторые виды рыб и беспозвоночных оберегает беременных женщин от отравления сигуатоксином), так и неадаптивным. Скажем, отчего «под раздачу» попал безобидный осьминог? Можно предположить, что он просто какой-то очень странный, скользкий и непохожий на что-то съедобное.

А если вернуться слегка к анекдоту... про козлёнка я ничего не скажу, не знаю, а вот запрет на употребление свинины в некоторых культурах мне кажется вполне понятным: пусть он и проистекал из каких-нибудь туманных представлений о нечистом животном, в итоге это могло быть тоже «адаптивное» табу: именно от свинины можно заразиться очень мерзким паразитом трихинеллой. Это не моя мысль — где-то она мне попадалась, но никак не могу вспомнить, где именно.

Какой-то умный индеец однажды додумался насыпать в кукурузу золы, и, видимо, прожил долгую здоровую жизнь, раз у него этот способ приготовления стали вовсю подсматривать. И копировали, цитирую, «всё подряд — и как плетут рыболовные сети, и как ковыряются в зубах, и как добавляют золу в кукурузу».

А тут у меня совсем разбушевалось ассоциативное мышление. Слово «ниша» в момент подключило экологическое значение слова, потом вспомнилась остроумная работа о галапагосских вьюрках, где в числе прочего оценивали взаимное влияние на численность птиц эволюционных (наследственных) факторов и экологических (условия среды). И в конце той статьи про вьюрков (и её обзора) речь зашла о том, что неплохо было бы уже создать новый эволюционный синтез — подружить и без того синтетическую теорию эволюции с экологией. 

Ну, а здесь проглядывается и ещё один вполне вероятный будущий синтез — с культурной эволюцией! Господа, поднимем бокал травяного чая за дружбу всех биологических наук! :-)))

Самый хрестоматийный пример взаимного влияния генов и культуры — это, конечно, распространение мутаций, позволяющих взрослым людям усваивать молоко. Увлекательные подробности невероятно быстрой эволюции на способность пить молоко — в оригинале и в обзоре. 

От себя добавлю: помните, господа, другие млекопитающие так не умеют — у взрослых отключается ген лактазы. Потому — не поите ёжиков молоком! И ничем другим тоже! А то какой-то устойчивый очень миф, что ежам надо ставить молоко в блюдечке :-)))

Ещё более хрестоматийный пример — правда, обычно в другом контексте — ген серповидноклеточной анемии, который даёт устойчивость к малярии (лучше всех гетерозиготам, правда, и гомозиготам не очень живётся). Оказывается, есть связь с... ямсом. Для его выращивания вырубают леса, отчего получаются болота, где разводятся комары, в том числе и малярийные... вот и дружественный пендель для эволюции такого признака! 

Кстати, о малярийных комарах. Есть ещё один устойчивый миф о том, что малярийные комары — это огромные монстры с длинными ногами. Истинно говорю вам, такие нескладные дуры с ногами-ходулями — это самые безобидные и бестолковые на свете долгоножки, которые даже надкусить не смогут :-))) Настоящего малярийного комара, на самом деле, отличить от обычного непросто.

Ещё один привет вегетарианцам :-)))

Но интереснее, пожалуй, то, почему у нас редуцировался волосяной покров. Явно на это дело повлияли традиции. А вот какие именно — одежда, жилища, охота, когда антилопу загоняли до полнейшего утомления — это уже другой вопрос. Может, одно другому не мешает, между прочим.

(И вот ещё что надо, наконец, раздобыть и почитать: книгу Александра Соколова «Странная обезьяна»).

Из мема — в гены? Призрак ламаркизма? Да нет, всё по Дарвину...

Впрочем, позвольте слово в защиту Ламарка. Со «стремлением к совершенству» у животных он, конечно, загнул, а вот насчёт растений был прав: их изменения связывал с превратностями окружающей среды. Хорошо об этом, в свою очередь, написал Тимирязев в книге «Исторический метод в биологии».

Когда речь зашла о примере действия эффекта — ситуации, где появляется новый хищник, а спастись от него можно на дереве, отчего будет эволюционировать обучаемость этому поведению, да и анатомия подстроится (см. ниже) — мне почему-то вспомнилась крыса, которую я недавно видела в Петровском парке. Лезла по дереву она аки белка — я даже не сразу поняла, что НЕ белка это была. Правда, крыса ни от кого не спасалась, а пользовалась удобным дуплом с желудями...

Аккуратнее меняйте поведение, граждане. А то, неровён час, получится так же, как с хождением на четырёх ногах... всё ведь, как ни пытайтесь, не встанете и не пойдёте! :-)))

Не только у человека культурные особенности могут влиять на физиологию! У косаток, которые охотятся на других млекопитающих, по-другому работает метаболизм метионина.

Любопытно, получится ли что-то подобное у обнаруженных совсем недавно необычно компанейских ягуаров, которые питаются в основном рыбой?

Предлагаю новую народную мудрость: где синицы умные, там божьих коровок больше.

Прекрасен метод опыта: синицам давали миндаль в ярких и неярких конвертиках. В ярких конвертиках миндаль был с хинином, стало быть, невкусный. И синицы быстро учились на чужих ошибках.

Если вы — китиха и живёте в матриархальном обществе, культура вредит вашему здоровью сокращает разнообразие митохондриальной ДНК. Да и культурное разнообразие в тех местах, где встречаются более удачливые сообщества и менее везучие, тоже падает, ясное дело. 

Вот почему не надо бить китов — куда ещё сокращать-то?!

Всегда мне казалось, что песни пеночек должны быть по большей части врождёнными. Вроде бы так и есть. И видообразование у них тоже было медленное.

И всё равно, не могу отделаться от вопроса: что получится, если теньковку птенцом подкинуть, скажем, трещотке? Какая будет песня? В остроумной работе у амадин получилось так: «слоги» были от приёмных родителей, паузы — родные. У амадин песня во многом выучиваемая. И что же, что же получится с пеночками? Вот вам мысль на ночь, так сказать...

А если культура хорошо помогает выжить, то отбор поддержит генетические изменения, которые поспособствуют её сохранению и развитию — механизмы памяти, обучаемости и т.п. И тогда, цитирую, «вдруг одна из линий обезьян строит Нью-Йорк и изобретает электронные часы».

Тем не менее, культурная эволюция может быть и очень медленной. Если смотреть на орудия.

Мозг-то рос быстро. Но ведь орудия — это не вся культура! Важно, что творилось в головах (и об этом разговор обещан много позже).

Не без удовольствия замечу, что певчие птицы на схеме из этой статьи расположились прямо у самых приматов. Если рассматривать птиц как пресмыкающихся (динозавры же!), то можно их приматами тоже назвать — правда, рептилийными, что ли :-))) 

Честно говоря, как-то упускала всегда из виду, что очень быстрая эволюция хоботных может быть в том числе связана с культурным драйвом! И как до меня не доходило! Ясное дело — я ж не слон, ума меньше :-)))

А как это всё могло отразиться именно на антропогенезе, причём тут конкуренция между группами и во все дыры всовываемый Макьявелли — можно вспомнить (или посмотреть впервые) тут. И я там была, мёд-пиво не пила.

Вопросы после лекции были такие, что мозг у меня сворачивался в ленту Мёбиуса. Какое-то сборище философов, видимо, было :-))) Упомяну лишь один из последних: повлияет ли безумно ускорившаяся в последнее время культурная эволюция на биологическую? Пока сказать, конечно, трудно, но можно предположить, что не особенно. 

У меня в связи с этим вопросом две ассоциации. Одна — несерьёзная: сходив тут с несколькими своими студентами-энтузиастами в Палеомузей, я с ужасом узнала, что они не болели в детстве динозаврами! Нас с ними разделяет всего восемь лет (это первокурсники), но мне уже пришлось объяснять, кто такие паразавролофы, пахицефалозавры, трицератопсы, тарбозавры и велоцирапторы... для меня-то это всё такое родное, тёплое, домашнее: сколько часов в детстве я провела за книгами про динозавров, за играми с фигурками (которым я на столе устраивала целый мир), за просмотром «Прогулок с динозаврами», за игрой «Магнат юрского периода»... и мне казалось, что через этот этап прошли многие. Но это, по-видимому, феномен ранних 2000-х. Эх, молодёжь, кряхтит 26-летняя бабка.

Вторая ассоциация серьёзная. Возможен ли некий «потолок» в накоплении им эволюции мемов? В эволюции генов, похоже, конца-края не видно (вспомните знаменитый эксперимент Ленски с кишечной палочкой!) Видимо, в ещё более гибкой системе культурной эволюции конца-края не видно будет ещё больше?

Хотите больше и лучше? Бегом в «Научку» после дождичка вечером в четверг через две недели!


 
Сегодня в СМИ