О проекте | Редакция | Контакты | Авторам | Правила | RSS |  

 

 

 

Предвзятый взгляд на американскую академическую науку

 


Сразу скажу, что из моих 23 лет в Штатах, в американской академии я провела около 15 лет. За спиной 3 американских университета, все три не из Лиги Плюща, но вполне хорошие и котирующиеся в био-медицинских науках, которыми я занимаюсь. И пять боссов, два из которых были русскоговорящими. С первым, которого я знала еще по учебе в МГУ, не сложилось радикально, и я сбежала через 2 месяца, теряя тапки. Со вторым не сложилось по обстоятельствам - меня позвали обратно в биотех на зарплату на 30% выше. Жадность меня обуяла тут же, да и компанию я знала хорошо, поэтому задерживаться не стала.

Из трех американских боссов один был умен до ужаса, мне доставляло массу интеллектуального удовольствия с ним работать. Но надо было переезжать, а то бы я наверно так и пропала, погрузившись с головой в чужую интересную науку без каких-либо карьерных перспектив. Ибо все плюшки шли бы ему, а я бы пахала и горела. А так за год получилась хорошая статья, на которую уже 20 лет периодически ссылаются. Второй американский босс был кошмарен, но у него была масса денег на науку, и я была привязана к его лаборатории визовыми делами. Там за 4 года получилось с десяток хороших статей. А третий американский босс у нас в семье идет под кличкой "наша дурочка", ибо это определение ей подходит лучше всего. Однако у нее мне удалось продержаться 10 лет, впрочем к концу мы с ней друг другу уже очень надоели.

Путь мой тоже был совершено типичен для научной эмиграции моего времени (т.е. конца 90-х и начала 2000-ных): приезжаешь в постдоки, работаешь за гроши, будучи на крепкой привязи - визе. Ибо университетам было тогда очень легко эти рабочие визы получать, особенно J1, на два года. А деваться было некуда: можно было перейти из лабы в лабу внутри того же университета, как я сделала, уходят от первого русского босса, но даже из университета в университет перебраться было уже сложно. А биотех-индустрия должна была соревноваться для получения рабочих виз с инженерными и программистскими конторами, и они совершенно не стремились играть в эти малопродуктивные игры. Поэтому без грин карты дорога была только одна - университеты и академия. А в силу полного отсутствия выбора, постдоки на визе попадали в рабство той или иной степени тяжести, по типу "куда ты нахрен денешься". Бывали американские боссы, которые все равно вели себя по-человечески. Некоторые из них даже пытались платить зарплату побольше, не 25, а 30 тысяч в год. А бывали сволочи, которые всячески пользовались чужим невыгодным положением. Мне отчасти повезло, мой кошмарный босс хотел отдачи и продуктивности. Поэтому когда он понял, что я могу делать науку так, как ему надо, он принялся мне постоянно повышать зарплату, и при этом продолжать всячески гнобить, чтобы я не зазнавалась.

А дома, к счастью, был муж, которого я встретила уже в Штатах, хотя в Москве мы выросли буквально на соседних улицах. Он стал моей опорой, и секретным оружием в борьбе с академией. Андрей прошел все те же академические круги, и сумел быстро получить грин карту в силу собственных достижений и сложившихся обстоятельств. И ушел работать в биотех-индустрию. И именно он мне дал основополагающие советы на тему о том, что сделать карьеру в академии практически невозможно, особенно если я не готова все бросать и постоянно переезжать, а так же тратить большую часть времени на писание грантов вместо занятий наукой. И что пахота в академии за спиной босса приводит к выгоранию, хотя для босса это выгодно, но для тебя - нет. И что неамериканское образование всегда будет тормозить, особенно в академии. И что плохого босса не надо терпеть, а от него надо уходить, как только это делается возможным. И никакой лояльности - иначе на тебе будут воду возить. Ну в в конце концов, лет через 5, когда Андрей получил наконец гражданство, мы с дочкой через него получили грин карты, и я вышла на свободу с чистой совестью.

Переход из академии в индустрию был крайне непрост - ставок в 2005-м было немного, меньше, чем желающих, и биотех как всегда боялся брать людей из академии. Однако терпеть кошмарного босса было трудно, и я решила "хоть тушкой, хоть чучелом". И пошла в техническую поддержку в некоем стартапе неподалеку от дома, где уже работал муж (совсем в другом отделе). Кстати, работать в тех поддержке мне страшно понравилось, я там была единственным ученым и единственным работником, занималась анализом данных для клиентов, постоянно ставила какие-то дополнительные эксперименты в лабе, усовершенствовала методики, и тащилась от этого разнообразия.

Но академия не отпускала, из-за работы мужа пришлось переехать в Портленд, а там был только университет, и все. Так я снова застряла на 10 лет, правда три из них платила себе из собственного гранта. И чем дольше я в академии работала, тем больше мне из нее хотелось снова свалить насовсем.
Ибо чем отличается академия?

1. Засилье профессоров, которые заняты обычно вовсе не наукой, а добыванием грантов. Гранты пишут постоянно, во сне и наяву, за идеями постоянно обращаются к своим работникам, и всегда с жесткими дэдлайнами по типу: придумай мне к завтрему три красивые идеи на любую тему. У некоторых профессоров есть свои идеи тоже, но обычно они быстро исчерпываются, а чужие идеи обычно не нравятся. Так что ты убиваешься и придумываешь, а в ответ: "фи, недостаточно красиво". И так раза по 4-6 в год. Потом все это надо писать, отсылать профессору, получать обрато на редактирование, и все тоже в последний момент. Ну а после отсылки на конкурс в агентство можно расслабиться до тех пор, пока не придут отзывы рецензентов. Так как денег сейчас мало, на всех не хватает, то отзывы обычно кошмарны. Половина рецензентов похоже гранты вовсе не читают, комментируют свои собственные догадки о том, что там написано. И в 95% случаев гранту отказывают в финансировании. Значит, надо писать новый грант.

2. Писание статей. Вообще статьи писать я люблю. Но не тогда, когда отсылка статьи в печать превращается в корриду, где главная задача рецензентов - найти причины эту статью отклонить. Один раз мою статью отклонили на основании рецензии на совсем другую (и не мою) статью. Я читала рецензию с диким изумлением минут пять, пока не осознала, что рецензент просто перепутал, и послал не ту рецензию... Мы написали редактору, который нам примерно с месяц не отвечал, он явно свои эмейлы не читал. Пришлось звонить. Редактор сначала удивился, потом извинился, а потом сказал, что все равно статью в печать не возьмет. Хотя вторая рецензия (обычно статью дают двум рецензентам) была положительной. В конце концов статьи обычно удается опубликовать, и часто второй журнал, куда отсылаешь после первого отказа, оказывается не хуже, а то и лучше первого. А потом тебя засыпают статьями на рецензию, твою взяли, теперь отрабатывай, служи обществу, рецензируй чужие статьи. А я не могу идти по пути наименьшего сопротивления, приходится все делать как следует. И процентов 10 времени в результате уходит на рецензирование. А иногда босс подкидывает дополнительно рецензировать статьи за него. При моем кошмарном боссе, я обычно в неделю рецензировала по две статьи, а иногда мне попадали от него на рецензию гранты. А грант - это много работы. А подпись под рецензией была не моя, а его.

3. Отсутствие карьерных возможностей. Профессорских ставок мало, двигаться некуда. И мой хандикап - возраст, российское образование, российская же степень, это все конечно конвертируется, но не котируется. А профессиональных научных работников в академии почти нет - есть временные постдоки. Которые сидят чуть на по декаде, пытаясь себе найти профессорскую ставку. А раз почти нет среднего звена, а профессора заняты, то тренировка студентов ложится на постдоков, и на меня бедную. То есть надо студентов учить, дрючить, чтобы они ущерб себе и лабе не нанесли, разрабатывать методики, следить за работой оборудования, и тратить кучу времени на орг вопросы. Иногда надо еще заниматься бюджетом лабы, помогая профессору. И помогать студентам писать их собственные гранты. И так долгие годы без каких-либо перспектив.

Меня один раз произвели в профессора: мой кошмарный босс выдал мне ставку "доцента-исследователя". Без перспектив и теньюра, но с кучей обязанностей. Я по-гордилась с полгода, а потом осознала, что теперь мне будет еще труднее искать другую работу. И когда меня брали в компанию на тех поддержку, то спросили: "Как же ты уходишь с профессорской позиции?" Пришлось объяснять, что позиция не настоящая. И когда мне в другом месте во второй раз после 8 лет работы снова предложили похожее "профессорство", я с порога отказалась, чем поразила нашего декана в самое сердце. И на вопрос "почему" ответила прямо: "Потому что новую работу будет сложнее искать".

Биотех-индустрия конечно бывает разная. И боссы всякие встречаются, но гнобить так, как в академии, они все же тебя не могут. Рычагов нет, культура совсем другая, уйти сильно легче. Так что на фоне академии, биотех-индустрия это просто счастье. Обычно попадаешь в окружение знающих и умных людей, с которыми можно нормально общаться, и которые заняты наукой. Да, часто это наука прикладная, но там есть масса крайне интересных вещей. И сразу на лицо отдача - решаешь очень конкретные и нужные проблемы. Расплата тоже есть - нестабильность. Впрочем теперь академия тоже нестабильна - грантов мало, деньги постоянно заканчиваются. Так что плюсов академии с моей кочки не видно, зато вагон минусов.
 
Сегодня в СМИ