О проекте | Редакция | Контакты | Авторам | Правила | RSS |  

 

 

 

Жизнь странствующего дервиша

 


Дервиш по-персидски значит то же, что по-арабски факир, – бедняк, нищий. В широком смысле этим словом обозначали суфиев вообще, а в более узком – представителей некоторых школ, которые вели бродячий образ жизни и устраивали массовые мистерии с пением, музыкой и танцами. 

Появление нищенствующих странников не было чем-то совсем новым и незнакомым для ислама. Во все времена встречались суфии, сохранявшие личную свободу и не любившие сидеть на месте: их называли маламати или каландары. 

В отличие от салик, активных суфиев, которые домогались просветления с помощью учителя, дервиши относились к маджзуб, т.е. «привлеченным», – пассивным суфиям, которые странствовали по свету в ожидании откровения от Бога и следовали тайным знакам, знамениям, духам или голосам. 

Если оседлые суфии неизменно вращались вокруг своих муршидов, словно планеты вокруг солнца, то дервиши уподоблялись скорей кометам, двигавшимся по свободной орбите и время от времени попадавшим в поле притяжения того или иного шейха. 

Дервиш в гостях

В житейском плане дервиши были ничем не связаны и самостоятельно выбирали свой образ жизни. Одни жили своим трудом, другие просили подаяния. Кто-то оседал на одном месте и заводил семью, другие годами путешествовали по миру в поисках учителя или просто потому, что не хотели иметь земного пристанища. 

Несмотря на свою обособленность, каждый дервиш был равноправным членом суфийского общества и имел свои обязанности и права. Странствующие и оседлые суфии составляли одно целое и как бы дополняли друг друга, проявляя взаимное уважение и заботу о своих собратьях. 

Оседлый суфий принимал каждого странника как посланца самого Аллаха. Согласно принятому кодексу, он должен был давать ему приют и угощать его всем, что есть в доме, не докучать ему своей назойливостью, расспрашивая, кто он и куда идет, занимать гостя приятной беседой или, наоборот, оставлять в одиночестве, если тот предпочитал уединение. После трапезы полагалось высказать пожелание помыть ему ноги, но не настаивать на этом. 

На следующий день хозяин отводил дервиша в баню – самую лучшую в округе, – и сам стерег его одежду, терпеливо ожидая, когда тот помоется, а после бани покупал страннику новую одежду или чистил старую. Если дервиш оставался в доме дольше двух дней, хозяин предлагал отвести его к местному духовному наставнику или имаму, но ни в коем случае не настаивал на этом.

Странствующий дервиш, со своей стороны, не мог требовать от оседлого сверх необходимого: если он хотел большего, оседлый не обязан был выполнять его желания. Придя в дом, странник должен был вести себя почтительно, никому не досаждать, не рассказывать о своих подвигах и перенесенных в пути тяготах. Не разрешалось также заговаривать на богословские вопросы, рассказывать истории о святых и цитировать святых – все это были признаки дурного самомнения. От гостя требовалось терпеливо сносить разговоры глупцов и обращение грубиянов, ибо «в терпении много блага».

Странствия суфиев тоже оговаривались многими условиями. Дервиш путешествовал не просто так, а ради благой цели: паломничества, войны с неверными, посещения святых или какого-нибудь шейха. Суфий должен был постоянно спрашивать себя, ведет ли его путь от Бога или к Богу. 

В дороге предписывалось не смотреть по сторонам, а только прямо перед собой, погрузившись во внутреннее самосозерцание. Если идешь в группе людей — держаться посередине, чтобы не выделяться ни с той, ни с другой стороны. Ходить следовало спокойно и неторопливо — так как правильность ходьбы проистекает от правильности помыслов, — но если навстречу попадается неверный, лучше посторониться, чтобы не оскверниться соприкосновением с ним. 

Собираясь в дорогу, дервиши брали с собой заплатанный плащ, молитвенный коврик, ковш и кувшин для омовения, посох для опоры и защиты, башмаки или туфли (чтобы одеть их перед молитвой). Кроме того, можно было взять гребешок для волос, ножницы для стрижки ногтей, иголку и шкатулку с сурьмой. 

Дервиш в ханаке

Дервиш далеко не всегда гостил в домах у своих собратьев – любая ханака становилась для него гостеприимным домом. Благочестивые и богатые мусульмане строили для бродячих суфиев специальные постоялые дворы и караван-сараи, где странники могли найти все нужное для отдыха. Так же охотно их принимали в пограничных форпостах или крепостях – рибатах, составлявших оплот многих суфийских орденов.

Поведение странника в ханаке определялось особым этикетом – адабом, выработавшимся за столетия суфийской практики. Прибывший в общину дервиш обычно останавливался на пороге, перекинув через плечо молитвенный коврик и держа в одной руке свои вещи, а в другой – кувшин для омовения. Слуга спрашивал, откуда он, кто его посвятил в суфии и в каких ханаках он бывал раньше. Получив удовлетворительные ответы, слуга провожал его в комнату для омовения и показывал, где можно расстелить коврик. 

После омовения гость снимал пояс и молился на коврике, дважды простершись ниц. После этого он пожимал руки всем присутствующим, начиная с шейха, и садился среди них. 

В таком же духе трактовались и другие сферы поведения дервиша: еда, молитва, сон. Живя в ханаке, дозволялось питаться только вместе с братьями, а не ходить на обеды к богатым людям или вообще мирянам, – мирской дух чужд дервишам. Садясь за стол, следовало обязательно сказать: «Во имя Аллаха», и т.п. 

Из правил суфийского общежития. Первый кусок надо обмакивать в соль, есть правой рукой и смотреть только на свою еду. Желательно не хватать лучшие куски, а предлагать их другим, не торопиться, не глотать большие порции, тщательно жевать пищу. Пить можно только после того, как поешь, и не больше необходимого. После еды надо возблагодарить Аллаха и омыть руки. Спали дервиши только на боку, повернувшись лицом к Кибле. Каждый сон следовало считать последним перед отходом в иной мир и не засыпать, не очистившись и не приведя в порядок свои мирские дела.

Попадая в ханаку, дервиш выполнял все предписания общины и подвизался в тех же упражнениях и аскетических подвигах, которым предавались другие братья. Но проходило время, и временный союз оседлых и странствующих суфиев распадался. 

Обычно дервиши жили в общинах только зимой, пережидая холодный сезон, а с весной отправлялись странствовать дальше. Как только наступало тепло, «беззаконная комета» покидала орбиту гостеприимной ханаки и возвращалась на священный путь одинокого бродяги – с Аллахом в сердце и посохом в руке.

Другие посты на эту тему:

Безумие ради Аллаха (Ранний суфизм)

Руми – «танцующий шейх», создавший орден дервишей

Первый пост о суфизме. Что это вообще такое

Второй пост о суфизме. Две школы – пьяная и трезвая

Третий пост о суфизме. Кто такие захиды и чего они хотели

Четвертый пост о суфизме. Суфии - исламские монахи

Пятый пост о суфизме. Полное погружение

Шестой пост о суфизме. Искусство достигать экстаза 

Седьмой пост о суфизме. Есть ли в исламе святые и кто они такие

Восьмой пост о суфизме. Мусульманские монастыри: теория и практика

Девятый пост о суфизме. Шейхи и мюриды, или Cтарчество в исламе

 
Сегодня в СМИ