О проекте | Редакция | Контакты | Авторам | Правила | RSS |  

 

 

 

колонка в «Учительской газете»

 


УЛЫБКА-СОБАЧКА

Это просто не Владимир Набоков, а Форрест Гамп какой-то. Все-то изобрел именно он. Например, еще до всякого Интернета, до разных социальных сетей он придумал то, чем мы так дорожим, чего так ждем под нашими фотографиями и текстами в Телеграме, – лайки.

«Вчера он произвел подряд 157 лайка, мы считали», – это он про свою собачку. Оказывается, у Набокова была такса.

Кто не знает, такса может быть вполне миниатюрной, но лает, как овчарка. Гав-гав. Утробно так, солнечно, солидно.

Если не видеть, кто там лает, можно представить себе за углом (или на балконе) приличную такую тушу.

Вот Набоков и придумал этот неологизм. Один лайк – один гавк или одно тявканье.

Существует легенда, что такса семьи Набоковых Бокс (кобель, как можно понять по имени) родилась в «семье» чеховских такс – от Брома Исаевича и Хины Марковны.

Впрочем, судьба отпрыска была позавиднее родительской.

Когда Чехов заболеет туберкулезом и уедет в Ялту, собак он с собой не возьмет. И Бром с Хиной останутся в Мелихове. И сперва в начале лета 1899‑го погибнет Бром Исаевич (одичает, заболеет бешенством, и его будут вынуждены пристрелить), а потом в августе в мучениях умрет и Хина Марковна (дворовая собака в драке ей вырвет глаз).

Бокса же никто не предаст. Его вывезут в эмиграцию (сперва через Афины, потом в Лондон и Берлин) и поселят в Чехословакии у набоковских родственников. По иронии судьбы непреданный Бокс сам «предаст» своего хозяина: когда в мае 1930 года Набоков в пятый раз приедет в Прагу проведать родных, Бокс будет уже очень старым и не признает его.

Но не лайком единым. На этом параллель Владимира Набокова с вечным изобретателем Форрестом Гампом не закончится.

Оказывается, Владимир Владимирович изобрел еще и смайл. Где-то прочитал, что в 1969‑м (о, я уже родился, мне был уже год, я агукал и ручки тянул) в интервью газете The New York Times Набоков впервые предложил использовать скобку в качестве письменной улыбки.

Но меня все не отпускает судьба двух бедных собак Антона Павловича. Двух собачьих Фирсов.

Еще живая, еще с глазами, Хина подходила каждый вечер к Чехову, клала ему на колени передние лапки и жалостливо и преданно смотрела ему в глаза. «Он изменял выражение лица и разбитым, старческим голосом говорил: «Хина Марковна!.. Страдалица!.. Вам ба лечь в больницу!.. Вам ба там ба полегчало ба-б». Целых полчаса он проводил с этой собакой в разговорах, от которых все домашние помирали со смеху. Затем наступала очередь Брома. Он также ставил передние лапки Антону Павловичу на коленку, и опять начиналась потеха» – так вспоминает старший брат Чехова Александр.

Хина еще не знает, что скоро ее оставят здесь умирать. И пока не придуманный Набоковым или призрачным Форрестом Гампом смайлик перевернется другой стороной.

Интересно, кстати, а кто первым изобрел перевернутый смайлик? Грустную скобочку-собачку, которую иногда можно поставить в конце интернет-текста.

Дмитрий ВОДЕННИКОВ, поэт, эссеист
https://ug.ru/ulybka-sobachka/
 
Сегодня в СМИ