О проекте | Редакция | Контакты | Авторам | Правила | RSS |  

 

 

 

Иноуэ Мандзи – Живое национальное сокровище Японии

 


ЧИТАТЬ НА САЙТЕ

Япония известна как страна долгожителей. Согласно данным Министерства здравоохранения, труда и благосостояния, средняя продолжительность жизни японцев в 2019 году составила 81,41 года для мужчин и 87,45 года для женщин. В чем же кроется секрет?

Мне удалось приоткрыть дверь в мир одного из самых известных здравствующих долгожителей в керамическом мире и послушать о тернистом пути, ведущем к секрету долголетия . 

Иноуэ Мандзи родился в 1929 году в городке Арита, знаменитом своим фарфором на весь мир. Он настолько энергичен и бодр, что сложно поверить, что в этом году ему исполнилось 92 года! И вот уже 76 лет не угасает огонь, однажды разожжённый.

Что же является источником энергии и секретом долголетия человека, который никогда не отдыхает, продолжая полностью отдаваться работе? Находясь дома или в мастерской, он посвящает себя работе с 8 утра до 5 вечера каждый день. После этого он ужинает и гуляет около часа без перерыва. «Я никогда не дремлю днем, даже по воскресеньям, – говорит мастер. – Я работаю по понедельникам, понедельникам, вторникам, средам, четвергам, пятницам и пятницам». Согласитесь, в чувстве юмора г-ну Иноуэ не откажешь!

Источником силы духа и энергии Иноуэ Мандзи стали события, произошедшие с ним в юношеском возрасте. Его родители были гончарами, и, казалось бы, путь был предначертан, но, оказавшись в центре военных событий, максималистский дух подростка ринулся в бой, а не к гончарному кругу. Он мечтал стать военным летчиком, поэтому в 15 лет записался добровольцем и стал курсантом в военно-морской лётной школе в Кагосиме.

Учёба давалась нелегко: жесткая дисциплина, строгие иерархические отношения с начальством, телесные наказания за самую простую ошибку. Каждая секунда казалась вечностью, постоянное ощущение тревоги и страха не давали покоя. «Какие бы наказания я ни получал от старших, я переносил их без враждебности, потому что это был мой собственный выбор». Подготавливали курсантов к особой миссии смертников «хина-васи» (в переводе с японского хина-птенец, васи-орёл). Орёл-родитель вскармливал птенцов и выпускал из гнезда, понимая, что первый полёт станет последним. Конец войны наступил как раз тогда, когда птенцы собирались покинуть гнездо…

«Если бы война продолжалась, меня могло бы не быть на этом свете. Война никогда не должна повториться, но я рад, что не сломался и закалил дух во время военной учебы. В Японии нет военной подготовки, но я думаю, что для молодежи подобный опыт бы пошёл на пользу. Современные четырнадцатилетние подростки навряд ли смогут понять, что я чувствовал в то время. Я выбрал путь лётчика для себя, а не для своей страны», – сказал г-н Иноуэ, и на его лице стали заметнее следы времени.  Я так и не осмелилась нарушить взволнованную речь мастера вопросом: «Птенцы» – эти те самые «божественные ветры камикадзэ»?

После демобилизации в 1945 году он по совету отца пошёл на обучение в печь Какиэмон, которая славится фарфоровыми изделиями и по наши дни. Мастер говорит, что смог выдержать довольно суровые условия благодаря своему опыту прохождения курса лётчика. В печи Какиэмон он не получал зарплату. Но, несмотря на это, на протяжении тринадцати лет продолжал усердно работать и совершенствовать свои навыки. «Создание фарфора – это, ремесло, требующее высокого уровня мастерства, это не то, что можно сделать в одночасье. Чтобы мастерски создать изделие, необходимо практиковаться пять или десять лет. Каждый в любой области может чего-то добиться, если будет упорно трудиться в течение тринадцати лет», – говорит мастер.

«За свою жизнь я много раз упирался в стены, но именно встречи с людьми помогали мне пробиться сквозь них». Это произошло на восьмом году обучения в печи. Начав работать, чтобы освоить технику, уже далеко не подросток, он видел жизнь и понимал, что ему необходимы не только навыки, но и средства к существованию. Так Иноуэ оказался перед выбором: продолжить или искать другой путь? И тут госпожа Удача проявила благосклонность, в печь пришёл Окугава Тюэмон – мастер, обладающий непревзойденной выдающейся техникой гончарного круга. Ему платили в три раза больше, чем другим техническим специалистам, и он был одним из самых востребованных мастеров в Арита. Иноуэ добился расположения мастера, стал посещать его дом по выходным. И примерно через шесть лет после судьбоносной встречи (и последующей ежедневной многочасовой практики за гончарным кругом) стал известным мастером в Арите и начал получать высокую зарплату.

Иноуэ не захотел оставаться просто ремесленником. Покинув печь Какиэмон, где он провел тринадцать лет своей жизни, он в 29 лет стал техническим сотрудником Научно-исследовательского института керамики префектуры Сага, где проработал тринадцать лет. «Тринадцать лет в печи и тринадцать лет в научно-исследовательском институте. Моя жизнь проходит в 13-летних циклах», – смеется мастер. В институте он занимался дальнейшим совершенствованием своих навыков, исследованиями и тщательным изучением полного гончарного технологического процесса, включая сырьё, глазури, конструкцию печей и обжиг.

В возрасте 40 лет Иноуэ Мандзи был приглашен в США на 5 месяцев для обучения студентов технологии фарфора Арита. От него требовались не только технические знания, но и знание английского языка, поскольку университет не предоставлял переводчика! Вот тут пригодились знания, полученные в лётной школе. В милитаристской Японии было табу на английский, но будущие лётчики должны были знать язык своего врага. В общей сложности мастер Иноуэ совершил около 20 поездок в США.

Он многое почерпнул из знакомства с другой страной, у него был удивительный опыт выхода за границы традиций, в которых родился и воспитывался. «Поскольку в США нет глубоких традиций, художник может быть свободен в творческих идеях. Даже преследуя одну и ту же цель, студенты идут разными путями, они находятся в постоянном поиске нового». С одной стороны, было осознание, что рождение в стране с традициями – большая удача, но он понимал и опасность полного погружения. В возрасте 42 лет Иноуэ Мандзи кардинально изменил свою жизнь, ушёл с безоблачного пути госслужащего, сулящего стабильную жизнь до конца дней, и открыл собственную мастерскую. «Я наконец нашёл то, что искал – свой стиль».

Мир фарфора, особенно белого фарфора, требует совершенства формы. Иноуэ говорит, что белый фарфор выражает себя через форму, а не через добавление декора, и его изделия иллюстрируют эту истину через изысканные изгибы и выверенные формы. Только изящной совершенной формой мастер умело показывает саму сущность белого фарфора. На мой вопрос, откуда он черпает вдохновение, мастер ответил, что самое большое его увлечение в жизни – путешествия. Он продолжает активно ездить за границу и по Японии, где и черпает новые идеи. Например, после возвращения из Китая он создал оригинальную технику нанесения селадона на белый фарфор.

Мастер Иноуэ неумолимо исправляет даже миллиметр изъяна на черепке, создавая идеальную симметрию. Глаза зрителя теряются в простых линиях бесконечной глубины белоснежных вершин и долин фарфоровой поверхности. Непревзойденная красота работ мастера характеризуется гладкой, мягкой, шелковистой поверхностью застывших в воздухе тончайших форм.

Иноуэ Мандзи провёл множество персональных и индивидуальных выставок как в Японии, так и за рубежом. В 1995 году, в возрасте 66 лет, в знак признания его выдающихся способностей и достижений он был удостоен звания Живого национального национального сокровища Японии. Подобным званием в Японии награждаются носители нематериальных культурных ценностей, обладающих уникальными навыками или знаниями (с 1954 года) для сохранения традиционных искусств следующим поколениям. Согласно данным ассоциации Когэй, за весь период действия закона «Об охране культурных ценностей» звание получили 35 гончаров, и Иноуэ Мандзи из них – в самом преклонном возрасте среди десяти Живых национальных сокровищ. Два года спустя он был награждён медалью с пурпурной лентой, утвердившись в качестве ведущего авторитета в области белого фарфора. У него около 700 студентов за границей и в Японии. В настоящее время мастер преподаёт в университете Сага.

Даже после того, как он был удостоен высоких званий, его самодисциплина осталась на прежнем уровне. Я поинтересовалась, как появился девиз мастера «Мэйто муздацу» (名陶無雑), который можно увидеть в названии его персональных выставок. Оказывается, эти слова Кояма Фудзио (小山富士夫, гончар, исследователь керамики, создавший категорию «Шесть древних печей Японии») «подарил» мастеру Иноуэ, когда тому было около 30 лет. Означает девиз следующее: «выдающаяся керамика свободна от разнородных вкусов и ненужных мыслей, беспорядка в голове». Иноуэ Мандзи опирается на эти слова всю свою жизнь.

«Одной техники недостаточно, нужно постоянное желание творить. Белый фарфор – это результат сочетания мастерства и вкуса. Мой фарфор – это произведение искусства, созданное только одним художником, и я продолжу идти по этому пути, не допуская ни единой случайности».

У Иноуэ Мандзи есть правнук, и мастер мечтал о семейной выставке четырёх поколений. Но в прошлом году ушёл из жизни старший сын, который должен был стать четвертым главой семейной печи. Мастер до сих пор не оправился от этой трагедии. Единственная его отдушина – это внук Юки, осваивающий технику гончарного круга под руководством деда. «У Юки интересные идеи, но, если вы хотите о нем написать как о гончаре, приезжайте лет через десять», – с улыбкой сказал мастер.

И каково было мое искреннее удивление и слезы, когда в подаренной мастером коробочке белого шоколада я увидела белоснежные керамические фигурки с благопожелательным смыслом: журавль, черепаха, сосна, бамбук и слива – с подписью Мастера!

Заглавное фото: Иноуэ Мадзи и интервьюер Татьяна Вада (журналист, лицензированный менеджер по туризму в Японии, руководитель компании VOYAGEJAPAN)

БОЛЬШЕ японской керамики!

Новости партнеров

 
Сегодня в СМИ