О проекте | Редакция | Контакты | Авторам | Правила | RSS |  

 

 

 

Туда и не обратно, или краткая история научной иммиграции в США — 2

 


* * *

Часть четыре - отъезд, или в бочках - на волю.

Дедлайны для заявок на PhD программы США начинались в октябре-ноябре, поэтому советую начать готовить документы заранее, чтобы избежать перегрузок моей эскапады. Результаты экзаменов я получила в пределах месяца после сдачи. Некоторые программы разрешают дослать документы после отправления заявки, но я старалась избегать этого. Итого, на момент подачи у меня было:

- Баллы за TOEFL и GRE general. Готовилась я к ним по следующим материалам: "Cracking the GRE" от Princeton Review, GRE prep from Kaplan, TOEFL iBT prep plus, практические тесты по обоим экзаменам с сайта ETS и "методичка" для математической части GRE оттуда же. Пробные тесты я находила везде, где только можно. Ещё я учила слова - сначала по 3000, потом по 10000 списку. Езда в метро и маршрутках с учебниками и конспектами былa моей второй натурой. Советую избегать моих ошибок и начинать заранее. 

- GPE (или средний балл диплома) 4.00 из 4 по фундаментальным предметам и 3.92 по всем, включая клинические. Профессиональный, нотариально заверенный перевод диплома и академической справки мне делали в московской MBA Strategy. 

- Personal statement. О нем уже говорили. Я прикрепляю образцы своих документов в помощь всем, кому она нужна. 

- CV. Не все программы требуют, но я приготовила для суммации своих выступлений на конференциях, докладов, тезисов и даже готовящейся в EUROPACE - 2015 статьи о морфологических аспектах фибрилляции предсердий, которой занималась наша лаборатория в Бакулевке.

- Три рекомендательных письма от людей, работавших со мной непосредственно. Я избежала ошибки, когда люди пытаются спешно познакомиться с кем-нибудь знаменитым, чтобы получить от них два слова, и попросила письма у тех, кто знал меня и мог дать настоящую характеристику. Это были: моя заведующая в Бакулевском центре, председатель научного кружка по патологической анатомии и моя профессор по биохимии, под руководством которой я составляла задачи для кафедрального сборника в рамках конкурса "Творческая биохимия".

Из программ, на которые я заявилась, ко мне проявили интерес следующие: Rensselaer Polytechnic Institute в Нью-Йорке, Tulane University в Новом Орлеане, University of Alberta в Эдмонтоне и University of Cincinnati. Тот, который я выбрала. 

Каков был мой принцип принятия решения? Я просмотрела списки профессоров и завлабов тех университетов, которые были интересны мне и которым была интересна я. В Цинциннати было минимум три лаборатории, работа которых меня привлекла. Также мне понравилась сама PhD-программа: https://www.cincinnatichildrens.org/education/research/molecular-developmental-biology 

Изначально я выбирала только те, которые оплачивают full tuition и предоставляют медицинскую страховку, и при этом можно работать в лаборатории в качестве research assistant, а не teaching assistant. Эти критерии в сочетании с интересом к конкретным лабораториям составляли принцип выбора.

Я никогда не забуду эту мартовскую ночь, когда я неслась в пустом вагоне метро по пути из лаборатории домой. У меня тогда был кнопочный телефон, но каким-то макаром с собой был компьютер. Я открыла его и увидела приглашение на первое интервью - телефонное, с одной из профессоров, составляющих приемную комиссию. После этого интервью было ещё одно - по Скайпу, с четырьмя профессорами. Вопросы мне задавали следующие: как я балансирую учебу и работу, на каких конференциях я выступала, какие модели мы используем для изучения аритмий и с какими я знакома теоретически, какими методами я уже владею, как я разрешаю конфликты в лаборатории, есть ли у меня опыт руководства и организации, а также насколько я знакома с работой лабораторий программы. Я подготовилась тщательно и почитала статьи профессоров, интервьюировавших меня, а также научные работы других членов программы. 18 марта я получила письмо с предложением, которое приняла. Я никогда не забуду этот день. 

Дальнейшее происходило под знаком пережитого стресса и предстоящего счастья. Я вежливо написала остальным программам, что у меня уже есть драконы. Дальше мне прислали документы, в частности форму I-20, для подачи на визу. В те времена на синем небе "ясно спали звёзды и Солнце", трава была зелёной, а посольство США ещё было в Москве. 

Мое интервью было назначено на 8 мая. Из списка документов я помню, что у меня был загранпаспорт с несколькими шенгенскими визами, форма I-20, уплаченный взнос SEVIS и bank statement, оказавшийся совершенно ненужным. Скан роговицы и отпечатков пальцев были сделаны ещё при получении польской визы. Милая девушка в посольстве спросила меня, почему я выбрала Университет Цинциннати, и я ответила, что хочу заниматься проблемами регенерации миокарда. Через несколько недель Pony Express прислал мне конверт с паспортом и визой F1 на один год, статус по которой можно продлевать, пока вы учитесь и получаете стипендию.

Как я уезжала? Ответ прост - молча. Время не располагало к трепу о моей откочевке в "недружественное государство". Да и были вокруг меня люди, всячески стремившиеся оставить Золушку генерировать прибавочную стоимость в чулане под лестницей. Так что я молча написала доверенность на имеющуюся жилплощадь, молча избавилась от вещей и очистила комнату в коммунальной квартире, и также молча прошла иммиграционный контроль в аэропорту Шереметьево 26 июня 2015 года. Мой красный врачебный диплом получили впоследствии без меня. 

Низкий поклон авторам моих рекомендаций. 

Дальше началась новая жизнь и учеба на PhD программе, рассказ о которых - совсем другая история. 

 
Сегодня в СМИ