О проекте | Редакция | Контакты | Авторам | Правила | RSS |  

 

 

 

Туда и не обратно, или краткая история научной иммиграции в США

 


Приветствую. Меня зовут Валерия. Скоро я буду отмечать годовщину получения степени PhD - доктора философии в молекулярной биологии и биологии развития от Университета Цинциннати.

Думаю, история моей иммиграции заинтересует тех, кто рассматривает для себя возможность участия в развитии мировой науки и расширении горизонтов знаний. Однако, следует учитывать реалии. Сегодняшнее интернет-пространство так преисполнено опытными вирусологами, экономистами, политологами, военными экспертами и специалистами по сведению черных угрей, зачастую в одном лице, что я считаю необходимым предъявить свои скромные пять копеек, дабы не выглядеть на их фоне чересчур бледно. Прикрепляю к посту подтверждения того, что мое мнение по вопросу может представлять ценность не только для меня самой. Истории получения будут рассказаны по ходу повествования. Шляпу и носовой платок можно не брать. 

Мое первое образование - врач, или Medical Doctor, получено в Первом МГМУ им. И.М. Сеченова. У многих сразу возникнет вопрос - а почему, собственно, я решила заниматься наукой с таким бэкграундом? Дело в том, что с первого момента открытия для себя молекулярной биологии и биохимии я поняла, что хочу заниматься именно этим. Как же это случилось? 

* * *

Часть один - "школа-вуз", или через гору и под горой.

Школьное образование я получила в специализированном медицинском классе одной из гимназий города Тулы. Специализация у нас началась рано - с 8-го класса мы были разделены на физико-математическое, химико-биологическое, лингвистическое и социально-правовое направления. Для поступления в 10-й класс требовалось сдавать экзамены, которые принимали профессора из Первого меда. У нашей гимназии был с ним контракт. 

Вы удивитесь, но до 10-го класса я была учеником посредственным. Стандартная школьная программа по биологии и химии меня не занимала, и большую часть уроков я проводила за размышлениями о судьбах русской интеллигенции. Зато, когда на парту передо мной лег упоительно толстый трёхтомник Грина, Стаута и Тейлора, мне открылась кротовая нора в новую вселенную, полную упоительной неизвестности. Как Туу-Тикки, я любила неопределенность, а не боялась ее. 

Как проходило наше обучение? На этот вопрос можно ответить коротко - boot camp. Мы знали, к чему готовились. Наши преподаватели тоже это знали. Программа по химии в числе прочего включала решение задач известного сборника Попкова и Пузакова, явившегося для многих ночным кошмаром. Сейчас я осознаю, что в какой-то степени являюсь профессором Снеггом, так как оставила своему репетитору по химии наследство из n-ного количества 96-листовых тетрадей с прорешенным тысячным сборником - совсем как он. Правда, я забыла добавить туда формулу заклинания от врагов, оставив ее личным ноу-хау. Наша преподаватель биологии шагнула ещё дальше - предмет мы изучали сразу по вузовской программе. Впоследствии на первом курсе преподаватели говорили, что я "терроризирую их своими знаниями". Неплохой результат, как по мне.

Здесь хочу сказать спасибо всем, кто меня учил. В значительной степени меня сформировали именно эти люди - школьные и вузовские преподаватели - причем не только как специалиста, но и как человека. Низкий поклон. 

Каждые 4-5 месяцев нас экзаменовали преподаватели из Первого меда. Иной раз мы ездили в Москву, иной раз - приезжали к нам. Форматы экзаменов были разные - от традиционного устного-письменного до "гетеротеста", состоящего сразу из трёх предметов: химия, биология, русский язык. Первый гетеротест я сдала с очень высоким баллом. На втором - потеряла баллы за правильные ответы, так как забыла проставить какие-то нолики там, где они должны были быть проставлены по новой системе. Это был лучший урок того, что первая победа не всегда подарок. Теряешь бдительность. 

В процессе обучения я, конечно же, старалась по-разному себя проявить. В частности, составила собственный сборник тестовых заданий по биологии, который благополучно приземлился где-то на московской кафедре. В процессе составления я также выучила урок "Сохраняйте документ своевременно, если не хотите иголок под ногти". Обучение должно быть разносторонним. 

Наш последний год был весьма специфичен. Нам повезло - наш класс пришелся на тот год, когда на абитуриентах попробовали сразу "централизованное тестирование" и "ЕГЭ", вдобавок к внутренним вузовским экзаменам. Слово "стресс" после прохождения всех этих уровней для меня, в общем, перестало существовать. Что ещё я могу сказать о нашем поступлении и принципе отбора московских vs провинциальных студентов? Думаю, фильм "Гладиатор" уже все сделал за меня. Результатом стало мое зачисление на лечебный факультет в 2008 году. Сразу скажу, что Первый мед меня поразил. Зачисление в студенты проходило в Колонном зале Дома Союзов - прямо как первое выступление гладиаторов в римском Колизее. 

* * *

Часть два - Москва златоглавая, или загадки в темноте.

Первый курс начался с ряда замечательных дисциплин - анатомии, медицинской физики и, конечно, биологии: общей, паразитологии и медицинской генетики. Первую лекцию по нормальной анатомии читал заведующий - профессор М.Р. Сапин. Сидя на скамейках "Колизее-образного" зала в белых халатах и шапочках, мы слушали вступительную лекцию, в частности, о том, что размер черепной коробки и головного мозга не определяет интеллектуальное развитие. Аргументы, от сравнения размеров известных интеллектуалов до пояснения, что масса мозга пропорциональна массе тела и включает массу соединительной ткани, мозговых оболочек, сосудов и так далее, известны и стары как мир. Забавно, но я слышала впоследствии от окончивших наш университет, что женщины в среднем глупее мужчин, так как у них меньше размер головы. Вот и ещё один урок, добродушно преподанный мне жизнью и Первым медом - яркость знания никогда не победит тьму невежества. Только разбитые коленки - и лбы. 

Кафедры располагались в самых разных местах - от исторических площадей до далёкого Измайлова, так что я попутешествовала и в полной мере насладилась московской Морией. Больше всего мне нравилась, пожалуй, биоорганическая химия. По ней был первый экзамен - в зимнюю сессию. Странно, но снежный день и зимний полумрак измайловских улиц в день, когда я получила первую "Отл." в зачётку, до сих пор ассоциируется у меня с музыкой "Зелёные рукава". 

На первом курсе произошло событие, спустившее курок моего долгого пути в науку. Я записалась в научный кружок по биологии и анатомии. Последний позволял выбрать тему для углубленного изучения и презентации самой, первый - выдавал в случайном порядке. Мне досталось "исследование мобильных генетических элементов Барбары МакКлинток". Стоя перед аудиторией и рассказывая о работе Нобелевского лауреата, успевшей в свое время вскочить в последний вагон Корнелльского университета вопреки мудроженственной маман, считавшей высшее образование неподходящим занятием для дочери, делающим ее unmarriageable, я ещё не догадывалась, что через семь лет сама потренируюсь в таких прыжках. Причем не через пару штатов и даже не через рушащийся морийский мост, а через океан.

Здесь хочу повторить сказанное ранее - спасибо всем тем, кто меня учил, помогал в моей зачаточной "научной" деятельности, просто имел дело. Меня сформировали именно эти люди. На кафедрах анатомии, гистологии, биологии, физики, патологической анатомии и, конечно, биохимии их было немало. Наверное, без их поддержки я бы не допрыгнула.

За первые четыре курса я поняла две вещи: 1) выяснение того, как происходит "процесс", интересует меня больше, чем его применение в практической медицине; 2) я хочу заниматься выяснением механизмов этого "процесса". Я поняла, что знание интересует меня больше, чем его непосредственная имплементация. Поэтому, во время обучения я участвовала во всем, что только было доступно в этой области. Мой доклад на анатомическом научном кружке - "Гистологическая организация и функциональная анатомия проводящей системы сердца" - послужил началом последующей работы, посвященной механизмам идиопатический аритмий и роли парвовируса В12 в их возникновении. Низкий поклон председателю научного кружка по патологической анатомии за внимание и руководство. Награды за выступления на нескольких всероссийских студенческих конференциях были получены сочетанием упорства и мастерства. 

* * *

Часть три - решение, или из огня да в полымя. 

Нет простого ответа на вопрос "почему я уехала". Вы читали "Десять негритят"? Помните старого моряка, говорившего Блору в поезде, что приближается шторм, в то время как за окном стояла прекрасная погода? Впоследствии было сказано, что эти старые морские волки умеют чуять шторм за много миль. Вкратце описывая причину, я могу сказать то же самое о себе. События сегодняшнего дня меня не удивляют. Совсем. 

Уезжая из Тулы, я полагала, что отсутствие возможностей останется позади. На новом месте я поняла, что меня ждёт второй раунд "полымя", просто местные волколаки крупнее волколаков провинциальных. 

Как всё было? На пятом курсе, уже понимая, что к чему, я начала сознательно искать возможности испытать свои силы на международной арене. Таковая представилась - в виде стажировки в Польше, в госпитале Микулича-Радетского во Вроцлаве, от Международной Федерации Ассоциаций студентов-медиков. К тому времени у меня на руках уже был приличный результат за экзамен IELTS, который они приняли в качестве прохождения теста на знание английского языка. Мне предложили на три страны, из которых я выбрала Польшу. Подав документы в апреле-мае, я получила визу и в конце июля 2014 села на поезд до Варшавы. Я не буду описывать сложную гамму чувств, которые я в то время испытывала - как человек весьма и весьма нордический, я предпочитаю thoughts over feelings. Отмечу только одно. Я ехала в незнакомый город, толком ещё не зная ни языка, ни того, что мне предстоит, и не грозит ли мне приступ медвежьей болезни на первом же раунде. Однако, глядя на проносящиеся за окном пейзажи маршрута Варшава-Вроцлав, я испытывала удивительное чувство возвращения домой из очень долгого путешествия. "Пасынок - К матери в дом - Аминь", типа того. 

Во Вроцлав я приехала глубокой ночью, на вокзале меня встретила волонтёр ассоциации и отвезла на своей машине в общежитие для студентов-медиков. Меня приняли гораздо любезнее, чем я ожидала, учитывая 2014 год. Из окна моей комнаты можно было увидеть и услышать реку Oder. На следующий день я отправилась в госпиталь. 

Вы помните фразу из "Мастера и Маргариты", где однажды утром она проснулась и поняла, что прежняя жизнь ее кончена и начинается что-то новое? Так же и я. Мне хватило двух дней, чтобы принять решение. За эти два дня я вживую, руками опробовала те методы, которые раньше видела на картинке - РНК-экстракцию, обратную транскрипцию, ПЦР. Меня, что удивительно, учили, несмотря на ломаный английский и мои на тот момент не менее ломаные руки. В ночь третьего дня своей практики в клинической лаборатории госпиталя я скачала из интернета учебники по подготовке к экзаменам - TOEFL, GRE general, а также список из 3000 и 10000 слов для этих тестов. И начала составлять список PhD-программ, на которые хочу заявиться. 

Я помню, как по утрам садилась в автобус со списком новых слов и учебником английского. Приходя в свою комнату в общежитии, по счастью отдельную, я сразу же садилась "за уроки". Мне предстоял крутой Мюнхгаузеновский рывок. За время пребывания в Польше я уже знала полный список того, что нужно для поступления, и осуществила "пристрелочную" рассылку писем координаторам интересующих меня программ. Знаете хохмочку про инженера, который сказал любовнице и жене, что пошел ко второй и первой, соответственно, а сам пошел чертить? Меня как-то позвали поиграть в Lazer tag, так я после первого выстрела бросила пушку и пошла учить английский. Состайники по общежитию, наверное, запомнили меня как "эту сумасшедшую со знаком TOEFL в глазах". 

К началу последнего учебного года я вернулась в Москву, и жизнь стала интереснее рассказов о фантастических зверях и местах их обитания. Утром я занималась в университете, после чего ехала на станцию метро Крылатское, в научный центр сердечно-сосудистой хирургии имени А.Н. Бакулева, в лабораторию клеточных технологий которого меня приняли в качестве лаборанта. Возвращалась домой, когда на город уже опускалась ночь, и занималась подготовкой к экзаменам. Понятия "выходной" для меня не существовало. Так как в результате событий 2014 года цены подскочили, как Тоторо на растущий бамбуковый лес, понятие "еда" для меня не существовало тоже. Все шло для фронта и победы - то есть для оплаты экзаменов и подготовки к ним. Что меня поддерживало в те смутные дни? Ютуб-канал Михаила Портнова, успешного иммигранта, живущего в Калифорнии и излучающего Силу, и... мультфильмы о Муми-троллях японско-штатовского производства. Эти два источника не давали мне пасть жертвой сил притяжения. 

Несмотря на сумасшедший ритм работы и подготовки, в ноябре я сдала GRE и получила баллы, указанные на сайтах большинства программ как более чем достаточные для зачисления. TOEFL я сдавала дважды - в Москве и в Питере, получив в первый раз 88 и во второй больше ста. Так как результат был competitive, тратить время на третий раз не стала и занялась более важными элементами пакета - рекомендательными письмами, CV и основным документом - Personal statement. Из советов по ним - не затягивайте. Для рекомендательных писем нужно время, так как профессора - занятые люди. Personal statement я сочиняла в течение нескольких месяцев и переписывала раз 5, фильтруя лишнее и делая его логичным, кратким и в то же время объясняющим, почему я могу быть полезна для той или иной программы. Для каждой PhD программы у меня был отдельный statement - в соответствии с их областью науки и интересующими меня лабораториями. 

 
Сегодня в СМИ